Утро, явно находящееся в раздумьях - остаться ли ему влажно-душным, скрыв людей друг от друга туманом; или же перейти во влажную жару дня.

***

Яркий, солнечный день, играющий бликами на окнах, впускающий щупальца ветерка в открытые окна.

***



По-утреннему забитый - плотно, как косяк олдового ганджа-мэна, автобус. Лица, выражающие ненависть к соседям по "стойбищу" и миру - в целом. Воздуха в салоне нет - сплошная влажность. Накануне шел долгий и мощный дождь. Флюиды его испарений наполняют город как аквариум.

***

Вагон поезда - средней паршивости плацкарт. В таких физически невыносимо ехать дольше 12 часов - возникают мысли о родственных связях проектировщиков то ли с инквизиторами, то ли с архитекторами коммуналок. Впрочем, что радует, почти пустой и последний в составе.

***

На остановке иллюстрация для школьного учебника. Тема: закон сохранения массы. N человек вышло, N вошло. Я стою там, где задняя дверь образует с поручнем и ступеньками пространственное трио, крайне удобное для одного, средних размеров тела. В уже отъезжающий, но еще не закрывший двери автобус запрыгивает девушка. Коротко стриженная, рыжая. В девственно чистых кедах. Секунду балансирует на краю средней - второй - ступени и начинает терять равновесие.

***

Курю в открытую дверь "межвагонной зоны". Сейчас же, откуда-то из под небольшой металлической площадки убегают от страшных, грохочущих колес шпалы. Возвращаюсь к своему месту, рассеяно оглядывая окружающую не-действительность. По вагону идет девушка. Не знаю, не обратил внимания, не заметил, хрен поймет что она делала до того, как подошла ко мне. У нее недлинные, темные волосы и сама она почему-то ужасно похожа на француженку 30х годов, только современно одетую.

***

Ловлю её за руку - узкая ладонь, как игрушечный кораблик в ванне - тонет в моей ладони. Дверь закрыта. Прикосновение все еще длится. Отсчитываю удары пульса в виске: 1… 2… … 6. Три секунды, примерно. В мире, где держать дистанцию размахивая хоть топором, хоть дробовиком - норма: чудовищно долго. Она не благодарит. Просто улыбается мне. А я не умею улыбаться. Хоть ты колючей проволокой обмотайся - без хорошего повода: никогда не смогу улыбнуться. Ее улыбка улетает "в молоко", натыкаясь на внешнюю стену моего безразличия. Хоть за стеной, жители сознания уже готовят бунт, переворот, революцию и импичмент.
Через пару остановок девушка выходит во вчерашнюю слякоть. В своих девственно чистых кедах.

***

Она говорит что-то о боге. В духе обычных сектантов, но с необычной оберткой. А я очень странно себя веду - не бросаю в ответ саркастичную реплику, не игнорирую, демонстративно надев наушники и напоказ выложив штекер от них на столик. Я улыбаюсь и целую ее. Она отвечает на поцелуй и уходит. И не возвращается. Куда она ушла? Зачем? Хотя бы, как ее звали? Сплошные вопросы. Опять курю в межвагонье. В щель воткнут сложенный пополам, обложкой внутрь, покетбук. Достаю. Разворачиваю. "В. Пелевин. Желтая стрела."

-//-

Все это (половина этого, буду точнее) действительно происходило утром, где-то в середине третьих бессонных суток, когда я держась на самом убойном варианте "будильника"* все равно периодически проваливался в полу-сон, полу-галлюцинации наяву (а вот и вторая половина).

*Будильник - ядерный, студенческий, в основном, коктейль. Суть: смешение кофеина и колы различными способами, для скорейшего возвращения в реальность. Авторская рецептура: 0.5 литра колы + 300 мг кофеин-бензоат натрия.